Фото:
Фото:

Владимир Веретенников: Уроки латвийских муниципальных выборов

Политический обозреватель Владимир Веретенников подытожил для «NewsBalt» муниципальные выборы в Латвии.

Итак, очередные муниципальные выборы в Латвии ушли в историю. Результаты не только известны, но и успели интерпретироваться многими специалистами. Однако, ко всему тому, что уже сказано на этот счёт, хочется добавить некоторые соображения.

Карлики против великанов

Политический цикл в Латвии сопровождается двумя фазами – когда, по очереди, симпатии массового избирателя совершают колебания между крупными «центровыми» партиями и политическими организациями регионального типа. Несколько лет назад по всей республике наблюдалось угасание популярности «карликов» — за счёт того, что электорат, разочаровавшись в них, массово отдавал свои голоса «великанам».

Ныне же пока наблюдается противоположный процесс: уже с начала прошлого года новые региональные партии полезли, словно грибы после дождя. За организацией большинства из них стояли люди из ликвидированных Народной партии и LPP/LC (Latvijas Pirmā partija/Latvijas Ceļš — Латвийская первая партия/«Латвийский путь»), входивших на прошлых парламентских выборах в провалившийся блок «За лучшую Латвию». В рядах данного блока состояло множество значимых фигур, не согласившихся так просто оставить политическое поле.

Кстати, один бывший представитель LPP/LC, экс-премьер-министр Латвии Андрис Берзиньш в своё время (очевидно, не предполагая, что его коллеги займутся активным региональным партстроительством), в беседе с автором этих строк предлагал припомнить народное сказочное наследие:

— Вспомните эти рассказы про Иванушку-дурачка, который только сидел на печи и говорил: «По щучьему велению, по моему хотению…». Партии-однодневки, как мне кажется, эксплуатируют именно это стремление — получить сразу всё и не напрягаясь. Они привлекают к себе внимание разного рода популистскими лозунгами и безответственными обещаниями. Момент истины для них наступает в тех случаях, когда, с помощью громких заявлений, они привлекают к себе достаточное количество голосов и проходят во властные структуры. Едва наступает пора реальных дел, как тут же обнаруживаются организационное бессилие и творческая несостоятельность.

Поэтому, как правило, подобные партии быстро теряют доверие своего электората, «сдуваются» и исчезают с политического горизонта. А через какое-то время появляются новые партии популистского толка — хотя, в большинстве случаев, укомплектованные теми же, давно примелькавшимися и даже вышедшими в тираж фигурами — и весь цикл повторяется заново. Пока есть люди, ощущающие в себе внутреннюю потребность поверить в сказку, до тех пор будут появляться политические объединения, спекулирующие на этих чувствах. Так что, похоже, данное явление будет всегда, — сказал тогда экс-премьер-министр Латвии Андрис Берзиньш (не путать с нынешним президентом Латвии, двойным тёзкой Андрисом Берзиньшем. — «NewsBalt»).

Тут бывшего премьера хочется дополнить: крупные партии общегосударственного типа, имеющие своё представительство в Сейме, точно так же эксплуатируют стремление избирателя поверить в сказку. Естественно, наступает такой момент, когда популярность «великанов» резко падает под грузом невыполненных обещаний. Вот тут-то «Иванушка-избиратель», забыв свой прошлый опыт хождения по граблям, начинает рассуждать примерно так. Мол, больше нет доверия этим крупным партиям, которые сидят в правительстве и пилят бюджет. Что им до нас, маленьких людей, прозябающих в небольших городках вне Риги? Давайте поддержим земляков, сколачивающих региональные партии, которые будут представлять интересы конкретно нашего городишки, края, деревни!

Потом, обжёгшись на «регионалах», избиратель опять мечется в сторону больших партий — и электоральное колесо совершает очередной оборот. Другое дело, что с каждым разом становится всё меньше желающих вообще идти на выборы.

Уселись по-новому

Итог свежего похода к урнам подтверждает данные наблюдения. Прошедшие выборы в Латвии оказались самыми низкими по явке — проголосовали только 45,99% избирателей (686.097 человек). Это самый низкий показатель в современной истории государства.

Пока отставив в сторону Ригу (там изначально сложилась особая ситуация), посмотрим, что произошло в некоторых других городах. Например, в Даугавпилсе те горожане, которые всё же нашли в себе желание прибрести на участки (их оказалось только 37,91 % от общего числа избирателей), просто «вынесли» прежнюю Думу – из её старого состава «уцелел» лишь один депутат. Большую часть голосов в новом составе самоуправления завоевали именно региональные партии, создававшиеся специально под эти выборы: Латгальская партия, «Альтернатива», Партия развития, «Возрождение Даугавпилса», «Народный контроль», «Даугавпилс – мой город».

Впрочем, ещё четыре места отгрыз себе «Центр согласия», выставивший здесь, кстати, очень слабый список – состоявший, в значительной степени, из детей «влиятельных пап», и возглавлявшийся крайне невыразительным кандидатом в мэры. В итоге пятнадцать мест в Думе оказалось разделено между семью партиями!

Самую большую поддержку в Вентспилсе получила региональная партия многолетнего харизматичного мэра Айвара Лембергса «Латвии и Вентспилсу». Второй по значимости результат – у объединённого списка «Альянс регионов»/Партия реформ. В Юрмале пятипроцентный барьер преодолела региональная партия «Тебе, Юрмала!» В Резекне в Думу прорвались, среди прочих, «регионалы» — Латгальская партия, «Единое Резекне» и «Альтернатива». В самоуправление Лиепаи прошли три партии — при этом, наибольшее число голосов набрала возглавляемая местным градоначальником Улдисом Сесксом «Лиепайская партия». Та же картина наблюдается и в Екабпилсе, где победу одержала представляемая мэром этого города Леонидом Салцевичем Екабпилсская региональная партия, получившая 5 из 13 депутатских мест. Очень похожее положение сложилось и в ряде краевых муниципалитетов.

Нетрудно, исходя из аналогичных ситуаций, имевших место в недалеком прошлом, предсказать, что жизнь ряда региональных партий, ныне празднующих успех, окажется недолгой. Пройдёт время, электоральные симпатии охладеют, следующие выборы не принесут успеха – и члены этих партий тихо их распустят, чтобы избавиться от повисших на них долгов…

Этот гуттаперчевый Нил

Впрочем, основная интрига этих выборов ковалась в Риге. Никто не сомневался в том, что больше всего голосов стяжает команда, в рядах которой шел нынешний правитель столицы Нил Ушаков. Вопрос заключался в другом – сможет ли этот список в одиночку набрать такой вес, чтобы сохранить Нилу Валерьевичу насиженное кресло. Многие высказывали обоснованные сомнения на сей счёт. Однако, изначально представлявшееся маловероятным свершилось: Ушаков останется у руля и в течение следующих четырёх лет.

Причины победы объединённого списка «Центр согласия»/«Честь служить Риге» лежат на поверхности. Во-первых, это фантастическая неуступчивость так называемых «латышских партий», которые не сумели объединиться даже во имя победы над общим конкурентом и кинулись в бой поодиночке.

Во-вторых, основная правящая на государственном уровне партия «Единство» умудрилась выставить против обаятельного Ушакова заведомо проигрышного кандидата – и по внешнему виду, и по риторике, и по степени владения предметом.

В-третьих, сыграла роль фантастическая гибкость самого Ушакова, сделавшего в предвыборный период всё возможное, дабы остаться своим, как для русских, так и для латышей, проживающих в Риге.

Основным средством достижения победы Ушаков избрал социальный популизм – как идеальное средство расположить к себе избирателя, невзирая на его национальность. Недаром же твёрдокаменный националист, театральный режиссёр Алвис Херманис раздражённо ворчал: «Что думать о латышских дамах, которые готовятся отдаться за трамвайный билет?» Это возмущало его до глубины души. «У профессиональных девочек такса — 100 евро, а дамы готовы ради билета на трамвай голосовать за людей, которые против основ нашего государства», — негодовал деятель латышской культуры.

Что касается собственно национальных вопросов, то их Ушаков, по возможности, избегал, как чёрт ладана. Хотя, конечно, полностью уклониться от них не получалось. Вот и приходилось ему, с одной стороны, клясться в приверженности идеалам праздника Победы (на который его помощники заранее потребовали не приносить никаких флагов), а с другой – бесконечно заверять о преданности идеологии латвийской государственности (делая, правда, поправку в тех пунктах, где речь идёт об «оккупантах»).

В целом, такая тактика оправдалась: впервые за последние двадцать лет выборы в столице не прошли по этническому признаку. Наблюдатели сразу отметили, что блок ЦСЧСР набрал 58,65% голосов – хотя в столице русские жители, наделённые правом голоса, вряд ли составляют свыше 40% от общего числа. Правда, некоторым из его же собственных избирателей подобная эластичность Нила не может не внушать тревоги. Недаром, известный националист Александрс Кирштейнс отметил: «С Нилом произошла большая эволюция. Он признал оккупацию и только латышский язык в Латвии. Ушаков меняется…»

Мораль сей басни

Нельзя не отметить полный провал партии Владимира Линдермана и Иллариона Гирса «За родной язык». Они позиционировали себя, как главные защитники «русской национальной идентичности» — но получили от носителей этой самой идентичности кредит доверия в размере менее одного процента голосов в столице.

Такое сокрушительное поражение даже повлекло со стороны некоторых сторонников «ЗаРЯ» толки о том, что русский электорат Латвии давно уже «не торт». Мол, «настоящие русские» повымирали и разъехались, а остались ассимилянты, поддерживающие «коллаборациониста Ушакова».

Это, разумеется, глупости. В прошлом году русское население Латвии массово поднялось на защиту родного языка – уникальный пока случай на постсоветском пространстве!

В проигрыше «ЗаРЯ», думается, сыграли основную роль два фактора. Во-первых, как ни крути, выборы прошли муниципальные. Это значит, что электорат оценивает кандидатуры потенциальных избранников не только с точки зрения их отношения к национальному вопросу, но и по чисто деловым качествам. В обязанности депутатов Думы входят, в первую очередь, чисто бытовые, приземлённые проблемы: состояние дорог, уровень тарифов на отопление, своевременный ремонт школ и т.д. Гражданин избиратель хочет, чтобы депутат добивался наилучшего решения подобных вопросов.

Ушаков же за четыре года – надобно отдать ему должное – сумел завоевать имидж толкового и распорядительного мэра, хорошо справляющегося с кругом своих хозяйственных обязанностей. А вот линдермановцы предпочитали на подобные вещи высокомерно поплёвывать, подчёркивая, что они, в первую очередь, озабочены политическими проблемами, а всё остальное – второстепенно.

Во-вторых, дурную шутку с «ЗаРЯ» сыграл авторитаризм её лидеров и стремление к полному единоначалию. На протяжении прошлого года эти факторы оттолкнули от партии многих людей, изначально искренне готовых с нею сотрудничать. Наиболее показателен тут пример с Даугавпилсом. После референдума за русский язык здесь сложилась крепкая команда единомышленников, успешно вынесшая всю тяжесть языковой кампании на своих плечах. Первоначально казалось, что эти люди, наделённые работоспособностью и независимым, творческим мышлением, представляют идеальную территориальную ячейку «ЗаРЯ».

Однако, руководство партии, в итоге, не стало привлекать их в свои ряды. Оно набрало свой местный список из разного рода малоизвестных «интересных личностей» — украсив его, словно торт вишенкой, парой действующих депутатов Думы, настолько надоевших горожанам, что даже «родной» для них «Центр согласия» отказался повторно брать их в свою команду.

Результат налицо: в русском (!) Даугавпилсе «За родной язык» оказался, по итогам волеизъявления народа, на последнем месте. Зато местный активист Юрий Зайцев, в своё время руководившей сбором подписей для референдума, теперь будет заседать Думе от партии «Возрождение Даугавпилса».

Необходимо резюме: муниципальные выборы традиционно рассматриваются в Латвии, как разминка перед парламентскими. А таковые произойдут уже в следующем году. Тогда и станет ясно, кто и насколько успешно сумел развить свой успех или извлечь полезный урок из поражения.