Эмблема ШОС. Фото: Sputniknews-uz.com.
Эмблема ШОС. Фото: Sputniknews-uz.com.

Китайский век

Доктор философских наук Лев Криштапович - о несостоятельности и пошлости западных ламентаций «краха коммунизма»

Белорусский философ Лев Криштапович высказался для читателей «НьюсБалт» о стратегическом партнерстве Китая и России

Великий символизм

 15 октября 2003 года произошло событие всемирно-исторической важности – подполковник Народно-освободительной армии Китая Ян Ливэй произнёс по-китайски гагариновское «Поехали!» и ракетоноситель «Великий поход» унесла в космос корабль «Шэньчжоу – у хао», что значит «Волшебная лодка – 5». Так свершился полёт первого китайского тайконавта, то есть космонавта. Масштабность этого события, быть может, ещё не до конца была осознана современниками, но уже последующее время раскрыло его исторический смысл во всей своей полноте. Все понимают, что начался не просто век пилотируемых китайских космических кораблей, а начался китайский век в мировой истории. Китайская Народная Республика выходит на вершины мировой науки и технологий и превращается в государство, к которому прикованы взоры всего человечества. Тем более показательно, что этот феноменальный рывок в своём научно-технологическом развитии совершила страна, которая ещё совсем недавно находилась в полуколониальной зависимости и вела ожесточённую борьбу за своё национальное освобождение. В самом деле, в сегодняшнем космическом взлёте Китая заключён великий символизм, когда свет с Востока  освещает путь развития современного человечества.

Величественен вклад Китая в обустройство человеческой цивилизации. Китайцы изобрели бумагу, магнитный компас, ветряное колесо, мельницу, порох, артиллерию, бумажные деньги, астрономические часы. Китайский самородок Ван Ху задолго до Циолковского открыл основной принцип космонавтики – ракетное движение. Все эти открытия имели всемирное значение. Кстати, Япония не совершила ничего подобного, что указывает на подражательный характер японского общества, неспособность японской нации к генерации научных идей и открытий. Так называемые японские «чудеса» носят заимствованный характер и не содержат в себе творческого потенциала. Как тут не вспомнить слова китайского императора Ши Хуанди, жившего в III веке до нашей эры, о том, что китайцы обладают сверхчеловеческим запасом жизненной силы, что позволяет из поколения усиливать мощь Китая.

От Бандунга до Шанхая

 В одном ряду с полётом первого китайского тайконавта стоит и создание 15 июня 2001 года Шанхайской организации сотрудничества (ШОС). В настоящее время ШОС представлена шестью странами-членами (Казахстан, Китай, Кыргызстан, Россия, Таджикистан, Узбекистан), шестью странами-наблюдателями (Афганистан, Беларусь, Индия, Иран, Монголия и Пакистан) и шестью странами-партнёрами по диалогу (Азербайджан, Армения, Камбоджа, Непал, Турция и Шри-Ланка). ШОС объединяет 18 государств, на территории которых проживает почти половина населения земного шара, а общий объём ВВП стран ШОС составляет около 40 триллионов долларов.

23–24 июня 2016 года в Ташкенте состоялся саммит стран-участниц ШОС, на котором принята десятилетняя Стратегия развития организации и запущена процедура принятия в члены ШОС Индии и Пакистана. Таким образом, можно с полным правом говорить, что ШОС с принятием в её состав Индии и Пакистана превращается в планетарный центр силы современного мира. Президент России Владимир Путин в интервью агентству «Синьхуа», опубликованному в «Жэньминь жибао» 24 июня 2016 года, высказался за то, чтобы «ШОС становилась более масштабной организацией, приобретала всемирное значение» [1].

Здесь важно отметить, что ШОС не просто возникла в начале XXI века, а что она представляет собой философско-смысловое продолжение известной Бандунгской конференции 29 стран Азии и Африки, которая состоялась 18–24 апреля 1955 года. Именно Китай впервые предложил пять принципов мирного сосуществования. Это принципы уважения территориальной целостности; признание равенства всех рас и наций; отказ от интервенции и вмешательства во внутренние дела; урегулирование международных споров мирным путем; уважение принципов и целей Устава ООН, в частности, принципа самоопределения народов. Как справедливо отмечает китайский эксперт Ли Синь, «Шанхайский дух» – это, по сути, продолжение и развитие «духа Бандунга» … «Шанхайский дух», продолжая пять принципов мирного сосуществования, содержит коррективы, учитывающие требования сегодняшнего времени. «Шанхайский дух» подчёркивает опорные для нашей эпохи ориентиры – мир, сотрудничество и развитие. Он отражает чаяния и потребности подавляющего большинства членов международного сообщества» [2, с. 29].

Важно отметить, что Шанхайская организация сотрудничества не претендует на создание военного или политического блока, она изначально была ориентирована на диалог цивилизаций, на новую модель сотрудничества, когда члены организации не вступают в союзы и не действуют против какой-либо третьей стороны, на новую концепцию безопасности на основе доверия, взаимной выгоды и равенства. В этом и заключается диалектика ШОС как планетарного центра объединения, основанного не на западном блоковом мышлении, а на международном консенсусе, следовательно, приемлемого для всех стран, всего мирового сообщества.

На примере ШОС видна уязвимость и ограниченность так называемых Трансатлантических и Тихоокеанских торговых и инвестиционных партнёрств США. Это всё-таки блоковая идея, а значит, она исходит из противостояния с не входящими в этот блок другими странами. Это очевидный анахронизм политического мышления и поведения западной господствующей элиты, который никоим образом не может служить подлинной моделью сотрудничества человечества в XXI веке. Следовательно, Китай, являющийся инициатором создания ШОС, и США, продвигающие идею блокового партнёрства, находятся по разные стороны исторического развития.

Китай воплощает будущее человечества, США же – его прошлое, притом во многом колониальное прошлое. Китай представляет живые силы истории, а США – мёртвые. Поэтому, перефразируя слова Иисуса Христа, скажем: пусть живые страны идут за Китаем и предоставят мертвым США погребать своих мертвецов.

Сопряжение стратегий

Владимир Ленин в своё время, размышляя о перспективах мирового развития, указывал, что «исход борьбы зависит, в конечном счёте, от того, что Россия, Индия, Китай и т. п. составляют гигантское большинство населения. А именно это большинство населения и втягивается с необычайной быстротой в последние годы в борьбу за своё освобождение, так что в этом смысле не может быть ни тени сомнения в том, каково будет окончательное решение мировой борьбы. В этом смысле окончательная победа социализма вполне и безусловно обеспечена» [3, с. 404]. ШОС в этом смысле прекрасная организация, которая объективно укрепляет единство действий трех великих стран – Китая, Индии и России на международной арене. Тем более, что Китай фактически является мировым экономическим лидером.

Хотя формально США занимают первое место в мире, но реально, согласно данным МВФ, если использовать метод подсчёта ВВП по паритету покупательной способности, то окажется, что по итогам 2014 года объём китайской экономики уже превысил объём экономики США (17,6 триллиона долларов против 17,4 триллиона долларов) [4, с. 1]. А 30 ноября 2015 года Международный валютный фонд объявил, что наравне с долларом США китайский юань является основной резервной валютой планеты. «Примечательно, что МВФ впервые за всю историю существования рассмотрел национальную валюту нового экономического субъекта в качестве резервной валюты мира» [5, с. 39].

Благодаря Шанхайской организации сотрудничества появилась реальная возможность сопряжения двух грандиозных интеграционных проектов – Экономического пояса Шёлкового пути и Евразийского экономического союза и вывести уровень сотрудничества Китая и России к новому качеству партнёрства. 8 мая 2015 года Китай и Россия подписали совместное заявление о сотрудничестве по сопряжению строительства Экономического пояса Шёлкового пути и Евразийского экономического союза. В тексте документа подчёркивалось, что «обе страны обязуются чётко выполнять всю работу в рамках сотрудничества по сопряжению проектов Экономического пояса Шёлкового пути и Евразийского экономического союза, что позволит обеспечить устойчивый рост региональной экономики, ускорить её интеграцию, а также обеспечить региональную безопасность и развитие» [6, с. 23].

В настоящее время в отношениях Китая и России вырисовываются три аспекта развития. Во-первых, оба государства придерживаются твёрдого стремления к установлению справедливого и разумного миропорядка. Это свидетельствует о том, что «обе страны становятся ключевым фактором и конструктивной силой в содействии глобальному миру и стабильности» [7, с. 17]. Во-вторых, продолжается углубление политического взаимодоверия  и стратегического взаимодействия. В-третьих, наблюдается готовность двух стран к более качественному всестороннему сотрудничеству. Происходящая стыковка национальных стратегий развития Китая и России, а также сопряжение строительства Экономического пояса Шёлкового пути и Евразийского экономического союза направлены именно на ускорение развития всей Большой Евразии.

Стабильное и успешное развитие китайско-российских отношений в рамках ШОС позволяет всем евразийским странам надежно продвигать собственное созидание. Следует согласиться с мнением директора НИИ по вопросам России, Восточной Европы и Центральной Азии при Академии общественных наук Китая, что «в будущем китайско-российские отношения останутся важным фактором, обеспечивающим стабильность и развитие всех государств на пространстве Евразии» [8, с. 27].

ШОС и Белоруссия

Все те позитивные достижения последнего двадцатилетия, которые достигнуты в отношениях Китая и России с полным правом относятся и к Белоруссии. Четверть века назад были установлены дипломатические отношения между Китайской Народной Республикой и Республикой Беларусь. За эти годы, особенно за время президентства Александра Лукашенко, наши страны проделали огромную работу и достигли беспрецедентных результатов.

Судите сами. За 2015 год торговый оборот с Китаем превысил 3 млрд. долларов и Поднебесная вошла в тройку основных торговых партнёров Белоруссии в 2015 году. С участием китайского капитала в Белоруссии реализуются десятки важных проектов в энергетической, транспортной, аэрокосмической, строительной, автомобильной, научно-гуманитарной сферах. Развёрнуто интенсивное строительство Китайско-белорусского индустриального парка «Великий камень», значение которого выходит за рамки традиционного экономического и торгового сотрудничества между странами. Речь идёт о создании в нашей стране принципиально нового технологического уклада, инновационной экономики.

Социалистический Китай является значительным фактором экономической и политической стабильности Белоруссии. Интенсивно развивающиеся белорусско-китайские отношения во многом обусловлены стремлением нашей республики играть активную роль в Шанхайской организации сотрудничества. 16 июня 2009 года на заседании глав государств-членов ШОС в Екатеринбурге Республика Беларусь получила статус партнёра по диалогу ШОС, а 10 июля 2015 года в Уфе нашей стране был уже предоставлен статус наблюдателя при ШОС. Осталось пройти одну ступеньку, чтобы стать полноправным членом ШОС.

Что Республика Беларусь не думает останавливаться на достигнутом, а стремится к получению статуса государства-члена ШОС, об этом говорил и президент Александр Лукашенко 24 июня 2016 года в Ташкенте на юбилейном саммите глав государств, посвящённом 15-летию образования ШОС. На встрече с китайским лидером Си Цзиньпином Александр Лукашенко отметил, что Белоруссия готова идти по пути углубления отношений с Китаем и Шанхайской организацией сотрудничества. Он, в частности, сказал: «Хочу Вас поблагодарить за то, что наша Беларусь – единственное из европейских государств получило статус наблюдателя при Шанхайской организации сотрудничества. Без поддержки великого Китая это было бы невозможно. Мы Вам весьма благодарны. Мы готовы быть «западными воротами» этой организации».

Государственный визит президента Александра Лукашенко в Китайскую Народную Республику 28-30 сентября 2016 года ещё больше углубил всестороннее стратегическое партнёрство между двумя странами. «Мы вывели двусторонние отношения и многоплановое сотрудничество на траекторию ускоренного развития. Китай и Белоруссия – настоящие друзья и самые искренние партнёры. Благодаря общим усилиям китайско-белорусские отношения динамично развиваются и поднимаются на новый уровень, укрепляются взаимодоверие, практическое сотрудничество во всех областях», — подчеркнул председатель КНР Си Цзиньпин. По итогам переговоров лидеры двух стран подписали совместную декларацию Белоруссии и Китайской Народной Республики об установлении отношений доверительного всестороннего стратегического партнерства и взаимовыгодного сотрудничества. В самом факте постоянных и дружеских визитов на высшем уровне олицетворяется и воплощается единство политического курса Белоруссии и Китая в современном мире. Как заявил чрезвычайный и полномочный посол КНР в Беларуси Цуй Цимин в связи с 67-летием со дня образования Китайской Народной Республики, «сотрудничество между Китаем и Беларуссией стало образцом отношений между двумя странами в современном мире».

В контексте строительства Китайско-белорусского индустриального парка «Великий камень» и активного участия Белоруссии в деятельности Шанхайской организации сотрудничества на повестку дня объективно выходит вопрос о новом формате торгово-экономического сотрудничества всех участников ШОС. Речь идет о создании зоны свободной торговли (ЗСТ) на всем пространстве Большой Евразии. «В начале основания ШОС была поставлена задача содействия торгово-экономическому сотрудничеству между государствами-членами ШОС, по мере того как государства-члены ШОС продвигают успешное развитие торговли и инвестиций, ускоряют строительство «одного пояса и одного пути», создание ЗСТ ШОС также может быть поставлено на повестку дня» [9, с. 28]. При эффективном сопряжении строительства Евразийского экономического союза и Экономического пояса Шелкового пути это будет не только в значительной степени способствовать росту торговли и инвестиций внутри ШОС, но также может стать важным узловым пунктом развития на всем евразийском рынке. Создание зоны свободной торговли на всем евразийском пространстве может реально способствовать реализации идеи «интеграции интеграций» от Шанхая до Лиссабона. И здесь роль Белоруссии поистине уникальна, наша республика может служить соединительным звеном между Шанхайской организацией сотрудничества и Европейским союзом. Как европейская страна, Белоруссия готова «стать своеобразным «западным коридором» ШОС и вносить свой вклад в деятельность Организации, работать над тем, чтобы сотрудничество в рамках ШОС становилось всесторонним и продуктивным» [10, с. 35]. Тем более такая «интеграция интеграций» в интересах самого Европейского союза. Дело в том, что общеевропейское пространство, как евросоюзовское, так и евразийское, можно уподобить сообщающимся сосудам и дестабилизация в одной части этого пространства согласно закону о сообщающихся сосудах неизбежно перебрасывается на другую часть общеевропейского пространства. Наивно думать, что можно укрепить безопасность и благополучие в Европейском союзе, не укрепляя безопасность и благополучие на евразийском пространстве.

Вот почему выработка сознания общей ответственности за стабильность и безопасность Большой Евразии закладывает фундамент для «интеграции интеграций», для формирования новой системы международных отношений на основе баланса национальных, региональных и мировых интересов в строящемся многополярном мире.

Исторический смысл ШОС

Чем обусловлен стремительный взлёт Поднебесной в современном мире? Ментальностью китайской нации. Мы зачастую не задумываемся, как надо проводить реформы, а лишь воспроизводим логику мышления и практику поведения западной элиты. В чём она выражается? В сугубо формальном решении возникающих проблем. К примеру, взять вопрос о демократии. Как подходят к нему буржуазные идеологи? Чисто формально. Издаётся закон – и всё. Вроде бы правильно, но за этой правильностью скрывается политический абсурд и явное несоответствие истине. Дело в том, что в буржуазной голове может быть много правильного, что вместе с тем неистинно. Ведь в вопросе о демократии недостаточно ограничиваться формализмом: альтернативностью выборов, политической конкуренцией, институционализированными процедурами открытого и соревновательного политического участия, избираемыми на соревновательной основе главными исполнительными руководителями. «Было бы ошибочно отождествлять демократию с проведением регулярных выборов и впадать в заблуждение «электорализма» [11, с. 55].

Важно видеть и понимать сущность всей политической системы, смысл всей государственной политики. В этом плане можно сказать, что с точки зрения формальной, законодательной современная западная политическая система, безусловно, демократична, поскольку предоставляет гражданам возможность решать дела в государстве по большинству, то есть демократически. Такое утверждение будет правильным. Но, по сути своей, западная политическая система не предполагает превращение этой возможности в действительность. Это означает, что такая система в действительности – антидемократична. Вот и выходит – формально (в возможности) Запад демократичен, а фактически (в действительности) – олигархичен. Такова истина западной буржуазной системы.

Не случайно в западных политических трактатах под демократией понимается охрана прав меньшинства, то есть олигархии, ибо она представляет собой меньшинство в современном буржуазном обществе. В западных политических трактатах утверждается, что если «большинство будет объединено общим интересом, права меньшинства окажутся под угрозой»[12, c. 392]. Очевидно, что такое понимание демократии никак нельзя назвать демократическим, поскольку изначально устанавливается, что интересы большинства должны законодательно подчиняться интересам меньшинства, т.е. большинство граждан должно руководствоваться не своим общим интересом, а частным интересом, интересам меньшинства. Но ведь такое государство будет уже являться государством меньшинства, а не большинства, т.е. государством не демократическим, а олигархическим. При такой трактовке демократии повисает в воздухе сама идея правового государства, ибо такое государство не включает в свою обязанность охранять права большинства, защищать не только частные, но и общие интересы.

Поэтому попытки представить западную форму демократии универсальной абсолютно неистинны, ложны. Такое преставление обусловлено непониманием принципиального различия между категориями возможность и действительность. Вот почему Гегель и разъяснял, что «чем необразованнее человек, чем меньше известны ему определенные отношения предметов, которые он намерен рассматривать, тем более он склонен распространяться о всякого рода пустых возможностях, как это, например, бывает в политической области с так называемыми политиками пивных» [13, с. 316].

Запад давно пропел свою лебединую песню, а поэтому вдвойне бессмысленен проект обустройства постсоветских республик по-немецки или по-американски. Из всех этих «преобразований» возникает только ублюдочное «произведение», копирующее именно декадентские признаки западной цивилизации. Пытаться построить постсоветские страны на основе «Заката Европы» и рецептов западной олигархии, то же самое, что лечить человека наркотиками.

XXI век, как бы ни пророчествовали западные оракулы, это не век однополярного миропорядка, не век «Конца истории» в понимании американского японца Френсиса Фукуямы. XXI век – это время завершения строительства того мироустройства, начало которому было положено Россией в 1917 году. Но одна страна в настоящее время  уже не может выполнить эту философско-историческую роль.  Все признаки ясно указывают, что эта историческая роль под силу лишь ШОС.  Великая и гуманная социалистическая идея жизнеустройства человечества на принципах труда, справедливости, мира, сотрудничества народов, диалога цивилизаций, безопасности, теоретически оформившаяся на Западе в XIX веке, начало практической реализации которой положено Россией в ХХ веке, завершается ШОС в XXI веке.  Именно это обстоятельство породило идею стратегического партнерства Китая и России в XXI  веке. Что это означает? Дело в том, что пока Россия сохраняет свою территориальную самодостаточность, то есть геополитическую самостоятельность, она была и остаётся по природе своей независимой и антизападной страной, несмотря даже на проводимые в ней прозападные реформы.

В этом и заключается не выдуманная, а действительная тайна России. И это прекрасно осознают на Западе. Не случайно же, что западные проекты «демократизации» России как раз и предполагают геополитическое разрушение страны. Напомним, что известный русофоб и антикоммунист американский поляк Збигнев Бжезинский проектировал cледующую схему развала России: «России, построенной по принципу свободной конфедерации, в которую вошли бы Европейская часть России, Сибирская республика и Дальневосточная республика, было бы легче развивать более тесные экономические связи с Европой, с новыми государствами Центральной Азии и с Востоком…», а поэтому «России ещё предстоит сделать свой основополагающий геостратегический выбор… Многое зависит от развития внутриполитического положения и особенно от того, станет Россия европейской демократией или – опять – евразийской империей» [14, с. 59, 240].

Облыжное противопоставление европейской демократии и евразийской империи призвано идеологически закамуфлировать истинную цель Запада в отношении России – её территориальное расчленение. Именно опасность такого варианта развития ситуации на постсоветском пространстве и обусловила появление концепции стратегического партнёрства Китая и России и создания Шанхайской организации сотрудничества. Вот почему ШОС выступает гарантией территориальной целостности и подлинной независимости всех её членов, в том числе России и Белоруссии. Выступая 30 cентября 2016 года перед студентами Пекинского университета, Александр Лукашенко справедливо указал: «Будет мощный и сильный Китай – будет суверенная и независимая Белоруссия. Потому что это наш друг, на плечо которого мы всегда сможем опереться». В этом и заключается исторический смысл ШОС.

Важно понять, что только Китаю сегодня под силу быть лидером мирового прогресса, что только Китай способен продуцировать действительно новые идеи, а не пробавляться унылыми идеологическими скелетами западных политиков. И ШОС это красноречиво демонстрирует в своей разнообразной деятельности, начиная от экономических и кончая гуманитарными проектами. Подчеркнём ещё раз  всю несостоятельность и пошлость западных ламентаций «конца истории» и «краха коммунизма». Разрушение СССР свидетельствовало не о торжестве западной модели развития, а о перераспределении исторических задач между Россией и Китаем, о перемещении столицы истории из Москвы в Пекин. Агрессивная политика США и НАТО на международной арене после окончания «холодной войны» не только обнажила фарисейскую и антигуманную сущность западной политики, но генетически укрепила иммунитет истории против вируса западной «демократии», ещё более осязательно подтвердила истинность социалистического вектора развития человечества. Ибо только социалистический путь развития является гарантией подлинно демократического многополярного мироустройства. И поскольку экономически, технологически, демографически центр мирового развития переместился в Азию, постольку Китай объективно становится во главе человеческой истории в XXI веке, который с полным правом можно назвать китайским веком.

Литература

  1. Вызовы, стоящие перед ШОС в процессе ее расширения // http://www.materik.ru/rubric/detail (дата доступа: 19.09.2016).
  2. Ли Синь. Найти новую модель сотрудничества / Ли Синь // Китай. – 2016. – № 6. – C. 28-30.
  3. Ленин, В.И. Лучше меньше, да лучше / В.И. Ленин. – Полн.собр. соч. – М., 1982. – Т. 45. – C. 389-406.
  4. Черковец, Олег. На страже основ социализма / Олег Черковец // Правда. – 19-20 января 2016 года. – C. 1.
  5. Цзунхэ. Жэньминьби включен в валютную корзину СПЗ / Цзунхэ // Китай. – 2016. — № 1. – C. 39-41.
  6. Cопряжение стратегий ЭПШП и ЕАЭС / Китай. – 2016. — № 1. – C. 23.
  7. Чжун Цзе. Три тренда в отношениях двух государств / Чжун Цзе // Китай. – 2016. — № 7. – C. 16-17.
  8. Ли Юнцюань. Наше сотрудничество обеспечивает стабильность в Евразии / Ли Юнцюань // Китай. – 2016. — № 7. – C. 26-27.
  9. Лю Ин. Следует ускорить строительство ЗСТ ШОС / Лю Ин // Китай. – 2016. — № 7. – C. 28-31.
  10. Ван Фан. Процесс еще не завершен / Ван Фан // Китай. – 2016. — № 6. – C. 34-35.
  11. Доклад о развитии человека за 2002 год. Углубление демократии в разобщенном мире. – Нью-Йорк: Оксфорд Юниверсити Пресс, 2002. – 272 c.
  12. Новак, Майкл. Дух демократического капитализма / Майкл Новак. – Минск: Лучи Софии, 1997. – 544 c.
  13. Гегель. Энциклопедия философских наук. Наука логики / Гегель. – М.: Мысль, 1974. – Т. 1. – 452 c.
  14. Бжезинский, Збигнев. Великая шахматная доска / Збигнев Бжезинский. – М.: Международные отношения, 1998. – 256 c.