В России зарабатывают на демонстрации польских фильмов, а Польша не имеет с этого ни гроша

Правительство Польши не собирается занимать какой-либо позиции по этому вопросу.

Всероссийская государственная телерадиокомпания до сих пор обладает правом на показ свыше 200 известных фильмов, произведённых в Польской Народной Республике. Ни одно польское правительство не денонсировало договоры, подписанные ещё 50 лет назад, пишет «Wyborcza». NewsBalt перевёл статью. 

«Захватывающий фильм! У поляков много прекрасных фильмов!» — восхищается пользователь YouTube из России. «Когда первый раз увидел этот фильм, был просто поражён. До сих пор его обожаю!» – вторит другой пользователь в комментариях к «Знахарю» Ежи Гофмана, вышедшему на экраны в 1982 году, с Анной Дымной и Ежи Бинчицким в главных ролях.  

Кроме полных восхищения комментариев русскоязычная версия польского фильма, нелегально размещённого на YouTube, собрала более 280 тысяч просмотров. Однако «Национальная фильмотека», которая недавно профинансировала цифровую реконструкцию «Знахаря», не торопится с его представлением на российском рынке. Причина? Фильм был продан России уже много лет назад.  

Вопрос был решён прежде, чем фильм был снят. В конце декабря 1964 года полномочные представители компании «Film Polski», а также советского предприятия «Совэкспортфильм» подписали первый договор. Машинописный текст насчитывал 8 страниц и определял принципы обмена фильмами меду Страной Советов и Польской Народной Республикой. В последующие годы обе стороны добавляли к договору пункты, устанавливающие среди прочего новые цены и сроки, а также подписывали договоры на новые фильмы. В упрощённом виде выглядело это так: ПНР и СССР выпускали фильмы и предоставляли друг другу бессрочные лицензии на их показ в кино и на телевидении. За каждый фильм платили только один раз и могли его показывать без всяких ограничений.  

Финансовые условия были необычными: за лицензию на показ одного польского фильма в кинотеатрах, СССР платил 22.5 тысяч рублей, т.е. по тогдашнему курсу рубля около 37 тысяч долларов. В 1965 году за эту сумму можно было купить четыре автомобиля «Волга». Что интересно, ПНР платила за один советский фильм более чем в семь раз меньше, а именно 3 тысячи рублей – примерно 5 тысяч долларов. Мультфильмы для детей были еще дешевле: в СССР польские мультики продавали за 675 рублей, а советские в Польшу – только за 225.

Согласно очередному договору, в 1976 году за право на «Знахаря» Гофмана «Film Polski» должен был получить от «Совэкспортфильма» уже 30 тысяч рублей – свыше 42 тысяч долларов. А в 1983 году цена польского полнометражного фильма возросла до 35 тысяч рублей, т.е. до 49.6 тысяч долларов. Что соответствовало цене шести советских автомобилей «Лада».

По данным «Национальной фильмотеки» бюджет на продукцию польских фильмов в 70-тых и 80-тых годах колебался в пределах 3-7 миллионов тогдашних злотых. Исключением стал «Потоп», съемки которого обошлись в целых 106 миллионов злотых.

Гжегож Молевски, автор инициативы «KinoRP», то есть цифровой реконструкции старых польских фильмов, напоминает, что СССР не признавал Западной концепции авторского права. Подход был простым: искусство было создано на народные деньги, а значит, им пользоваться имеет право весь мир. СССР пользовался достоянием всего мира, но договоры подписывались только со странами «народной демократии». 

Как удалось установить «Wyborcza», эти договоры до сих пор в силе.

— Так оно и есть. «Роскино» является легальным владельцем авторских прав и может распоряжаться им на территории России, — утверждает Екатерина Байрамова, заместитель генерального директора «Роскино» по юридическим вопросам.

Это новое название «Совэкспортфильма», который до сих пор существует как государственная компания и отнюдь не бездействует. До сих пор компанией были выпущены несколько старых польских фильмов на DVD в серии «легенды экрана», в том числе «Цвета войны» Ежи Пассендорфера, «До последней крови» Ежи Гофмана, «Кто этот человек?» Евы Петельской. Директор «Национальной фильмотеки» Тадеуш Ковальски говорит, что никаких денег в связи с этим его институция никогда не получала. 

Как вообще такое могло произойти? Ведь старые договоры не относятся к дискам DVD, поскольку такого носителя в то время не существовало. Оказывается, что в 1985 году к договору был добавлен один пункт с одним параграфом, который расширял права на «диски видео».

– Предыдущее руководство получило от польской стороны юридически обоснованный ответ по этому вопросу. Зачем вы снова поднимаете эту проблему? – раздражённо спрашивает Байрамова, и добавляет, что эта тема уже не актуальна, так как «Роскино» с 2011 года не выпускает фильмов на дисках. 

С польской стороны царит хаос, поскольку «Film Polski» имеет нескольких наследников. Это «Национальная фильмотека», киностудии «Кадр» и «Тор», а также Польский институт киноискусства (PISF). Копии советских фильмов хранит в своих архивах «Фильмотека», а права на советские фильмы получил после распада государственного предприятия, PISF. 

Так же как и «Роскино», PISF считает, что договор, подписанный в прежнюю эпоху, продолжает действовать. Но в отличие от «Роскино» Институт не имеет права на осуществление экономической деятельности, и до сих пор не заработал ни гроша на показе советских фильмов в Польше. Кроме того «Фильмотека» не располагает всеми копиями. Агнешка Одорович, директор PISF, сказала нам, что Институт несколько раз обращался к «Фильмотеке» от имени организаторов кинофестивалей. Но части копий в архиве не оказалось.

ПНР успела купить у СССР право на целых 1167 наименований (в 70-х годах в СССР производилось по 135 фильмов ежегодно). В этом списке такие хиты, как «Москва слезам не верит», или «Сибириада». 

 В свою очередь поляки продали Москве примерно 200 собственных картин, в том числе «Как я развязал Вторую мировую Войну», «Только свои», «Сексмиссия», «Ва-банк». «Пепел и алмаз».

— Если кто-то хочет показать на фестивале советскую классику, он может обратиться в Институт и получить бесплатную лицензию. Если у «Фильмотеки» нет копии, организатор должен обратиться за ее получением к российской стороне, – объясняет Одорович. 

Малгожата Шляговска-Скульска выпустила коллекцию фильмов Сергея Параджанова на DVD и занимается организацией фестиваля российского кино «Спутник над Варшавой». По ее утверждению на практике все обстоит иначе.

— Мне пришлось купить насколько десятков российских фильмов у создателей. Например, «Мосфильма» или «Ленфильма». Каждый из производителей очень детально определял форму и число показов. То же самое сделала польская компания «Epelpol», выпустившая несколько десятков советских классических фильмов. «Мосфильм» слабо знает о договорах прошедших лет и утверждает, что это их фирма, а не PISF имеет права на фильмы, – сказала в интервью порталу Gazeta.pl Шляговска-Скульска. 

Свои приключения с продажей польских фильмов были и у «Фильмотеки», которая не знает, как относиться к просьбам фирм и различных культурных учреждений из прочих стран бывшего СССР, в том числе Украины и Беларуси. Иногда к «Фильмотеке» обращаются кипрские фирмы, основанные российскими дистрибьюторами, или телевизионные станции, которые покупают права на фильмы, уже проданные в Россию.

По мнению Тадеуша Ковальского, договоры должны быть расторгнуты.

– Это поразительно, что договоры, заключенные фирмами, которые уже давно не существуют, из государств, которые тоже уже давно не существуют, до сих пор остаются в силе. Все больше польских фильмов подвергается цифровой реконструкции, а в России они по-прежнему доступны на старых пленках в плохом качестве. Это антиреклама польского кино, – говорит Ковальский.

Гжегож Молевски из «KinoRP» тоже считает эти договоры пережитком, а Россию – закрытым направлением. 

Агнешка Одорович, директор PISF, полагает, что договоры не следует расторгать, поскольку на тех же самых условиях мы имеем доступ к киноклассике других стран бывшего социалистического лагеря, в том числе Чехословакии и ГДР.

— С этими странами в прежние времена были заключены подобные договоры, – объясняет Одорович. При этом она подчеркивает, что польская сторона имеет право на гораздо большее число советских фильмов, чем российская сторона — фильмов польских.

— Мы можем расторгнуть договор, но это наследники бывшего государственного предприятия «Film Polski» должны ответить на вопрос, что является большей выгодой: потенциальный доход от показа их фильмов на Востоке, причем большинство их этих картин можно легко найти на YouTube, или доступ к гораздо большему числу советских, чешских и восточно-немецких фильмов, – задаётся вопросом Одорович. 

Правительство не собирается занимать какой-либо позиции по этому вопросу.

— Это дело находится в ведении PISF, – коротко отвечает Мачей Бабчински, пресс-секретарь Министерства культуры Польши.