«Экспонат» БФУ им. Канта: газета о 400-летии «Альбертины» с фото нациста-ректора Грюнберга.
«Экспонат» БФУ им. Канта: газета о 400-летии «Альбертины» с фото нациста-ректора Грюнберга.

«У „Альбертины” богатое нацистское прошлое»

Доктор философских наук Сергей Корнилов высказался об интеллектуальной форме германской экспансии в Калининграде

Доктор философских наук, профессор Сергей Корнилов высказался на страницах «Литературной газеты» об интеллектуальной форме германской экспансии в Калининграде.

О германизации Калининграда «ЛГ» писала неоднократно, в том числе и в 2016 году. Казалось, что смена руководства региона, острые высказывания в СМИ (тему, поднятую «Литературной газетой», подхватили федеральные телеканалы) сдвинут дело с мёртвой точки. И кое-что, по мнению наших калининградских корреспондентов, меняется к лучшему, однако назвать изменения кардинальными нельзя. Во многом потому, что интеллектуальный центр Калининградской области – Балтийский федеральный университет – продолжает внедрять идеи германской преемственности, в том числе и через популяризацию «Альбертины» (так назывался Кёнигсбергский университет).

Местные «лидеры общественного мнения» из БФУ настойчиво занимаются поисками «германских корней» российского вуза. А между тем у «Альбертины» богатое нацистское прошлое.

По проблемам исторической преемственности существуют разные точки зрения. Так, заведующий кафедрой истории в Балтийском федеральном университете им. И. Канта И.О. Дементьев в материале, помещённом на университетском сайте, заявляет, что до тех пор, пока Кёнигсбергский университет («Альбертина») «будет задавать высокую планку для российского университета в Калининграде, пока он будет служить мерилом значимости научных результатов, пока будет вдохновлять нас яркими примерами жизни и творчества своих преподавателей и выпускников, можно быть уверенными: «Альбертина» не исчезла».

В университетской печати можно встретить даже утверждение, что основатель Кёнигсбергского университета герцог Альбрехт «прочно закрепился в истории Калининградского университета». Когда произошло его закрепление, правда, не сообщают, хотя указать точную дату следовало бы: случилось это не вчера и не сегодня, а мартобря 86 числа, между днём и ночью. Другим достижением Альбрехта считают то, что он стал «родоначальником не сформулированной концепции религиозно-этнической толерантности». Почему же только её? Свободнее надо мыслить, масштабнее: герцог явился родоначальником не какой-то одной, а многих не сформулированных концепций. Его «выдающаяся» роль в европейской истории заключалась в основном в том, что он секуляризировал, т.е. попросту присвоил, земли Тевтонского ордена. Для достижения своих династических целей расчётливый Альбрехт поменял и веру, перейдя из католичества в лютеранство.

Не забыт не только герцог Альбрехт, но и другие исторические личности, связанные с «Альбертиной», в частности И. Кант. В июне прошлого года на кафедре философии БФУ состоялась защита дипломной работы на тему «Рецепция идей практической философии И. Канта в повести А.С. Пушкина «Капитанская дочка»». Читатель, знакомый с русской литературой, очевидно, захочет задать резонный вопрос: кто же направлял ход выполнения данной работы? Она подготовлена под руководством Л.А. Калинникова. О его представлениях стоит сказать несколько слов. Ещё недавно, в советский период, он писал, сравнивая концепцию кёнигсбергского философа с марксизмом: «Но лишь К. Маркс и Ф. Энгельс, материалистически переосмыслив учения немецкого идеализма, смогли разработать единственно верную, диалектико-материалистическую теорию, адекватно отражающую природу и историю» (Калинников Л.А. Проблемы философии истории в системе Канта. – Л., 1978).

Меняются времена, меняются и приоритеты. В постсоветский период в статье, предназначенной для западного читателя, Калинников, обозначая место её написания, указывает: Кёнигсберг (хотя прописан, разумеется, в Калининграде). Такие блуждания в пространстве и во времени.

А как вспоминают «Альбертину» в Германии сегодня? Немецкий историк Х. Боокман пишет: «Конец Кёнигсбергского университета стал результатом депортации немецкого населения». Итак, вырисовывается следующая картина: на протяжении веков университет являлся средоточием просвещения и образованности, в нём работали выдающиеся учёные, но потом немецкое население выселили, и научный центр был уничтожен. А не принимает ли автор здесь за причину то, что само является следствием действия глубинных факторов, которые привели и к закрытию «Альбертины», и к депортации немцев из Восточной Пруссии? Для решения вопроса давайте восстановим хронологию событий.

Первое проявление действия упомянутых глубинных причин обнаруживается в 1925 г. – именно тогда в Кёнигсбергский университет проникают бациллы национал-социализма. В следующем году в нём уже создаётся ячейка Национал-социалистического немецкого союза студентов – молодёжного филиала НСДАП. С 1932 г. эта организация начинает доминировать в студенческом самоуправлении. В 1933-м по распоряжению фюрера «Альбертина» получает статус рейхс­университета, что означало, в частности, упразднение традиционного университетского самоуправления и утверждение единовластия ректора.
В том же году по всей Германии проводилась «Акция против негерманского духа». Её кульминацией стало массовое сожжение книг на площадях немецких городов 10 мая 1933 г. Среди неугодных авторов были Г. Гейне, А. Барбюс, Б. Брехт, И. Эренбург, Я. Гашек, Г. Манн, Э.М. Ремарк, Э. Фейхтвангер, А. Цвейг, Ст. Цвейг, З. Фрейд и др.

Нацисты не остановились на достигнутом. Преподавателей-«неарийцев» увольняли. Методом бойкота «вытесняли» тех, кто не разделял нацио­нал-социалистическую идеологию. Новые доценты должны были в обязательном порядке быть сторонниками НСДАП. В Кёниг­сбергском университете создавались соответствующие подразделения, призванные обосновывать нацистскую идеологию. Целям разработки методов партийной пропаганды служил созданный в те годы институт газетного дела. Институт государственных наук должен был подвести теоретический фундамент под принципы новой германской государственности. В 1934 г. открылся расово-биологический институт, в задачу которого входило «доказательство» превосходства «арийской расы» над «неполноценными» народами. С 1937 по 1944 г. ректором «Альбертины» был Г.Б. фон Грюнберг, занимавший одновременно видные посты в местном отделении НСДАП.

Так страшная болезнь, охватившая всю Германию, поразила и «Альбертину». Агония Кёнигсбергского университета длилась не один год. Его закрытие в январе 1945 г. стало, по сути, лишь констатацией его смерти.
Последний юбилей в «Альбертине» праздновали с 7 по 10 июля 1944 г. К этой дате была приурочена публикация книги историка Г. фон Зелле «История Альбертус-университета в Кёнигсберге», в которой автор заявлял, что 22 июня 1941 года пробил час европейского предназначения и «Альбертина «сознаёт его и готова к нему».

Под бурные аплодисменты студентов и преподавателей в актовом зале университета был открыт огромный (весом 25 центнеров) мраморный бюст Адольфа Гитлера. Конец был уже предрешён, но в торжественных речах говорили об «эндзиге» – окончательной победе. А спустя полтора месяца бомбардировки британской авиации превратили бóльшую часть Кёнигсберга в груду битого кирпича. Были разрушены и корпуса университета. В апреле 1945 г. город-крепость был взят штурмом героической Красной армией.

Так завершилась история «города прусских лейтенантов», а вместе с ней и история «Альбертины». Если посмотреть на свершив­шееся с особой стороны, как говорят философы, с точки зрения вечности, то мы увидим в нём скрытый смысл, ибо сказано: «Мне отмщение, и Аз воздам».

Об авторе. Сергей Корнилов, 64 года. Окончил МГУ им. М. В. Ломоносова (1974). Доктор философских наук (1990), профессор (1992). В государственном университете Калининграда работает с 1978 года.  Специалист в области русской философии.