Матеуш Пискорски в окружении полиции и спецслужб. Март 2017 года.

«Арест Матеуша Пискорского был прямым распоряжением ЦРУ»

Интервью с членом семьи польского общественного деятеля, который сегодня отмечает своё 40-летие в застенках

Сегодня, 18 мая, известный в Польше и России общественный деятель Матеуш Пискорски отмечает своё 40-летие. Отмечает в польских застенках, где находится ровно год по обвинению в шпионаже в пользу России. Накануне юбилея Матеуша редакция «НьюсБалт» пообщалась с одним из членов его семьи, который рассказал подробности заточения. Наш собеседник просил не сообщать читателям своего имени, потому что всерьёз – и не только он – запуган польскими спецслужбами. Во время общения интервьюер несколько раз бросал фразы: «Забудьте о свободной Европе…».

— Расскажите, пожалуйста, о последнем дне Матеуша на свободе. Это было его прошлый день рождения?

— Да, Матеушу исполнилось 39 лет, и Агентство внутренней безопасности (далее ABW — Agencja Bezpieczeństwa Wewnętrznego. — «НьюсБалт») приготовило ему такой подарок. Очень цинично и совсем, кстати, не по-польски.

— Почему?

— Потому что, как потом стало известно из материалов дела, задержать Пискорского было прямым распоряжением ЦРУ и ФБР. Представьте себе – обоих спецведомств США. Вот такая у Польши «независимость».

Но вернусь к тому дню. Утром Матеуш повёз детей в школу, а когда стал отъезжать, то впереди стоящий автомобиль неожиданно начал резко сдавать назад. Матеуш притормозил, но сзади его прижала ещё одна машина. А дальше было всё, как в дешёвом кинодетективе. Из этих машин выскочили люди в масках и камуфляже с автоматами наперевес. Силой вытащили из салона, уложили на капот. Будто Рэмбо захватывали. Причём, у этих людей не было никаких знаков опознавания – ни нашивок, ни букв на спине. Может, это бандиты? Затем нагрянули обыски в квартире, где вынесли всю технику вплоть до игровой приставки детей. А совсем уж из мелочей – после задержания Матеуша его машину спецслужбисты припарковали на инвалидное место, а потом, когда родственники забирали её, то пришлось заплатить приличный штраф.

— Скажите, в каких условиях сидит Матеуш?

— Знаю, что он всё время голодный. Кормят там очень плохо. Посылки со съестным запрещены. Мать с отцом только один раз навестили сына, потому что сами очень больны и живут далеко от Варшавы. Он пишет близким письма, которые идут больше месяца. В одном из них он написал, что всё можно пережить в тюрьме, но самое сложное – это одиночество и незнание того, что происходит.

— В камере есть ещё постояльцы?

— Когда его только задержали, то начали уговаривать, чтобы он «по-хорошему» подписал признательные показания. Ну что он шпион. Тогда, мол, тебе дадут года четыре. Он отказался. Тогда его посадили к уголовникам, где ему каждый раз приходилось объяснять, что он не предатель Родины. Уголовники его не тронули. Потом посадили в камеру с шизофреником. А потом вообще изолировали. Даже на прогулках он ни с кем не встречался. Сейчас он сидит с двумя молодыми людьми, которые без конца отгадывают кроссворды, и Матеуш для них как ходячая энциклопедия. А ещё, знаю, он проводит целые политинформации для охранников.

— Кстати, насчёт одиночества. Когда Пискорски вёл свою общественную деятельность в Евросоюзе и России, казалось, у него сотни друзей и соратников. В течение года они помогали? Финансово, морально…

— То, что я сейчас скажу, кому-то не понравится, но это надо знать на будущее, прежде всего, тем, кто готов вести подобную общественную деятельность в Европе.  Матеуш думал, что живёт в знаменитом свободном европейском мире. Но на самом деле всё изменилось. Нет хвалёной европейской демократии. Нет свободы слова, свободы мнений. Система стремительно движется в обратном направлении. За всем в Евросоюзе следит ЦРУ. Жёстко. Например, в Испании в тюрьме сидит одна дама, которая пыталась выступать против НАТО. Мы про неё совсем ничего не знаем. Также, как испанцы про Пискорского. А возвращаясь к «европейским друзьям», скажу, что один из них прямо нам сказал, что «Матеуш – не Ассанж и не Сноуден, чтобы деньги собирать по всей Европе». Ни от кого помощи нет. Ни-от-ко-го.

— Какие расходы требуется?

— Мы платим адвокату по 500 евро ежемесячно. Плюс нужно переводить деньги на специальный счёт, чтобы Матеуш мог покупать в тюремном магазинчике хотя бы сигареты. Приведу ещё такой показательный пример. Матеушу надо знакомиться с уголовным делом, но времени на это катастрофически не хватает, поскольку в прокуратуру его возят ненадолго. Можно, конечно, отксерокопировать материалы, но ему насчитали за эту услугу – вы не поверите – 7 тысяч злотых (более 100 тыс. рублей. – «НьюсБалт»). Возникла идея обратиться к единомышленникам Пискорского в «Фейсбуке», чтобы собрать эту сумму. Но никто так и не реализовал эту идею. С другой стороны мы прекрасно понимаем людей. Некоторых из его друзей, товарищей вызывали в прокуратуру и ABW по семь раз. Был вообще казус, когда вызвали на допрос одну женщину, которая никогда раньше не встречалась и не общалась с Матеушем, а после ареста взяла и написала ему письмо поддержки.

— А что ему конкретно инкриминируют?

— Судя по той информации, что просачивается, нет ни одного доказательства того, что Пискорски – шпион. Все обвинения строятся на косвенных предположениях одной комиссии, которая читает материалы прослушки и анализирует их сообразно своим впечатлениям. Среди таких косвенных доказательств под номером один служит тот факт, что Матеуш был руководителем миссии европейских наблюдателей в Крыму. Далее его подозревают, что он был причастен к организации поездки неких людей на Украину, в результате чего был облит краской памятник Бандере. Также ему инкриминируют организацию пикета против НАТО напротив посольства США в Варшаве. Ну и, конечно, прокуратура непременно указывает, что Пискорски часто ездил в Россию, выступал на российском телевидении и таким образом – почти дословная цитата – пытался расшатывать общественное мнение Польши и переориентировать его против интересов Польши.

— А шпионаж в пользу Ирака и Китая уже не приписывают?

— Уже, по-моему, давно этого бреда на судебных заседаниях не было.

— Насколько я знаю, последнее судебное заседание состоялось в начале мая. Чем оно закончилось?

Экс-евродепутат от Британии Ник Гриффин – единственный, кто материально поддержал Пискорского. Фото: Asianexpress.co.uk

Экс-евродепутат от Британии Ник Гриффин – единственный, кто материально поддержал Пискорского. Фото: Asianexpress.co.uk

— Вновь продлили срок расследования на три месяца. Знаете, это заседания мы ждали с особым волнением. Ведь прошёл целый год. Рубеж. Адвокат предоставил суду около 60 писем от известных польских деятелей – преподавателей, депутатов,  также от евродепутата Татьяны Жданок, которые поручились за Пискорского с тем, чтобы его отправить под домашний арест. Были предоставлены медицинские справки как самого Матеуша, так и его матери, которая сильна больна. Также предоставили научное заключение одного польского профессора на тему – можно ли считать общественную и аналитическую деятельность шпионажем (профессорский вывод – нельзя). Но судья всё проигнорировал. Такое ощущение, что все эти документы даже не смотрели. А была надежда: если его отпустят под домашний арест, то это произойдёт именно сейчас – спустя год, на этом заседании. Но увы…

— А по польским законам как долго может идти следствие?

— По закону расследование может длиться не более двух лет. Затем должен состояться суд, где либо его признают виновным либо оправдают. Но есть приписка – «за исключением особых случаев». Естественно, данный случай квалифицируется как особый. И сроков по таким делам – никаких. Очевидно, что спецслужбы понимают слабость доказательной базы и прогнозируют, что как только польский суд признает Пискорского шпионом, то сразу последует жалоба в Страсбургский суд, где есть вероятность, что ЕСПЧ признает, что Матеуш осуждён по политическим мотивам. Поэтому спецслужбисты и не спешат. Таким образом следствие может идти вечно. Матеуш как-то написал, что встретил в тюрьме людей, которые вот по таким «особым случаям» сидят в тюрьме до семи-восьми лет.

— А что за история произошла в апреле с избиением Матеуша сотрудником ABW?

— В прокуратуру и в суд его всегда сопровождают полицейские, которые корректны. А тут вызвался его доставить молодой сотрудник ABW. Типичный представитель нового поколения в Польше, который абсолютно убеждён, что Матеуш – предатель, а Россия – это враг номер один. Но дело в том, что у Матеуша давно болит спина, потому что спортом он толком не занимается, а сейчас, когда ограничен в движении, его начали беспокоить сильные боли. В итоге тюремный врач указал, что Пискорскому следует надевать наручники только спереди. Так вот, после допроса этот молодой спецслужбист, поставив Матеуша лицом к стене, стал надевать «браслеты» сзади, на что Матеуш сделал замечание. И тут же получил удар. Да такой, что упал на пол. После чего каратель ударил резиновой палкой в область ключицы. Ударил настолько крепко, что тюремный врач вынужден был зафиксировать травму, а адвокат написал жалобу в суд. Теперь Пискорски будет выступать в суде в роли пострадавшего, но все мы реалисты и понимаем, на чьей стороне закон.

 …Знаете, я вам сказал, что помощи нет совсем, но всё-таки это не так. Совсем недавно бывший евродепутат и лидер Британской национальной партии Ник Гриффин перевёл для Матеуша 500 евро. Это помощь его и ещё одного итальянского политика, который также сидел в тюрьме по политическим мотивам и, конечно же, понимает, каково польскому соратнику.

Беседовал Андрей Выползов, Варшава.

Также по темеЗа что арестовали Матеуша Пискорского

P.S. Интервью с близкими Матеуша Пискорского на польский язык перевёл портал «Спутник». Читайте здесь

  • Dmitry Babich

    Ужасная несправедливость. Мнедоводилось видеть Матеуша на свободе — такой был смелый, добрый человек. Не боялся давления сумасшедших русофобов, ни в Польше, ни тем более в России (где некоторые «журналисты-правозащитники» одобрили его арест). И вот теперь — в тюрьме, в таких условиях…