На днях молодой социал-демократ Эстонии Евгений Савченко откликнулся на решение Европейского суда по правам человека в пользу граждан, пострадавших во время «бронзовых ночей» в апреле 2007 года. Заголовок статьи: «Презумпция виновности, или Почему наказали только одну сторону?» (подробнее Delfi.ee). Это публикация – несправедливая, ложная трактовка событий, бесчестно делящая ответственность за крупномасштабную провокацию поровну между властью и русским населением Эстонии.
Сразу после варварского осквернения в Таллине праха советских воинов и угрозы демонтажа посвящённого им памятника («Бронзовый солдат») произошли массовые беспорядки, сопровождавшиеся погромами, которые разворачивались в центре столицы Эстонии при полном и преднамеренном попустительстве и невмешательстве полиции. Зато на следующий день та же полиция и добровольцы военизированного националистического ополчения «Кайтселийт» учинили расправу над мирными жителями Таллина. Беспричинно и массово нападали на людей (в том числе женщин и детей), избивали их и свозили в позорно знаменитый концлагерь – D-терминал морского торгового порта, где буквально пытали горожан, в основном, русских по национальности.
Поэтому нельзя согласиться с мнением автора в конце его заметки: «Неправомочные действия были с обеих сторон, но в итоге наказали почему-то только одну. Разве это демократия?» Виновность обеих сторон – миф. Полицию надо было наказать дважды: и за садистскую расправу с мирными жителями 27 апреля, и полную бездеятельность, спровоцировавшую погромы вечером 26 апреля.
Как ни парадоксально, но развенчивая мнения своих партийно-политических соперников в парламенте, которые «считают применение грубой силы оправданным, открыто называя признанных в Европейском суде пострадавшими «вандалами, нарушившими право жителей на спокойствие и собственность», автор статьи, социал-демократ Савченко сам опровергает свою же точку зрения о виновности обеих сторон. Он пишет: «…никому из истцов эстонские органы правопорядка не предъявляли обвинений. Неужели само по себе нахождение в зоне беспорядков автоматически делает людей вандалами?» Из той же оперы ещё одно высказывание автора публикации: «В нашей стране местами просматривается опасная тенденция применения принципа «презумпция вины», когда любой неугодный системе человек легко может быть назван вандалом или агентом влияния – без каких-либо серьёзных аргументов».
На днях премьер-министр Эстонии Андрус Ансип сказал на правительственной пресс-конференции: «К сожалению, приходится констатировать, что не все обстоятельства с задержанием людей полиция смогла тогда задокументировать в достаточной мере и не в отношении всех смогла провести расследование на требуемом уровне. Это мы признавали и раньше, что в документировании, выявлении обстоятельств у нас есть недочеты». Такое признание прозвучало впервые за шесть лет после «бронзовых событий».
Но давая задний ход, видимо заискивая перед премьер-министром России Дмитрием Медведевым, встреча которых накануне прошла в Санкт-Петербурге, эстонский премьер, называвший погибших при освобождении Таллина советских воинов «мародёрами», снова солгал. Так как эти шесть лет он, эстонская прокуратура и СМИ говорили, что полиция действовала в те апрельские дни исключительно на законном основании. Вместо наказаний полицейские были массово награждены и премированы.
Поэтому вызывает недоумение, когда автор заметки Савченко говорит о каких-то «признаниях тогдашнего префекта полиции Райво Кюйта, что перегибы и нарушения со стороны полиции всё-таки были (позже это подтвердил и бывший тогда министром внутренних дел Юри Пихл), и избиение дубинкой всех попадавшихся на пути было неадекватным и противоправным поведением». Хотелось бы получить ссылки на источники, подтверждающие эти мифические высказывания.
Отчасти такая позиция Евгения Саченко можно объяснить желанием обелить экс-руководителя МВД Эстонии, который, будучи в те трагические дни одним из вдохновителей и главным исполнителем расправы над русскими жителями Таллина и русскоязычного Северо-Востока, был сразу после тех событий «премирован» политэлитой государства должностью председателя Социал-демократической партии Эстонии. И хотя на этом посту он пробыл недолго, тень Пихля до сих пор оказывает медвежью услугу социал-демократам, которые предпринимают отчаянные попытки расширить круг своих избирателей из числа русского и русскоязычного населения.
Конечно, на фоне нынешней буйной реакции видных политиков правящей коалиции и разного сорта националистов и русофобов (среди них оказался и видный социал-демократ Андрес Анвельт), которые устроили в СМИ новый антирусский шабаш связи с признанием Европейским судом по правам человека вины Эстонского государства, выступление молодого социал-демократа может показаться даже смелым. Потому что ни один эстонский политик не осмелился выразить одобрение решением суда в Страсбурге. И всё же, выступление Савченко можно расценить и как дымовую завесу, призванную прикрыть отрицательный для русского населения эффект от заявления своего однопартийца Андреса Анвельта, настаивавшего на апелляции Эстонией решения суда, так как «для Эстонии и правоохранительных органов оспорить решение ЕСПЧ – вопрос чести».
Некоторая конъюнктурность публикации Савченко объяснима и тем, что осенью в Эстонии состоятся муниципальные выборы. Но повод для такого вывода даёт и «забывчивость» автора статьи. Он не упомянул, что кроме министра внутренних дел Пихля сочувствие и покровительство действиям полиции и власти в апрельские дни 2007 года выказывал и выказывает бывший член СДПЭ и экс-европарламентарий, ныне президент Эстонии Тоомас Хендрик Ильвес. Как глава государства, он не возражал против варварского сноса памятника Солдату-Освободителю, осквернения праха советских воинов. Также ни слова осуждения не нашлось у молодого социал-демократа и в отношении бывшего депутата Европарламента от Эстонии, социал-демократа Марианне Микко, которая активно дезинформировала Европарламент о роли защитников «Бронзового солдата» и обеляла незаконные действия полиции.
Так что, позиция Савченко напоминает формулу — «и нашим, и вашим». Но про такую позицию в народе говорят так: чёрного кобеля не отмоешь добела. И потому справедливо было назвать заметку иначе: «Виновные оказались вне игры, а невиновные понесли наказание!»