Молдавия взяла курс на евроинтеграцию, причём многие шаги её руководства напоминают то, что делали в области дерусификации и борьбы с советским прошлым страны Прибалтики. Однако Молдавия – не Латвия. Она беднее и уязвимее, у неё – другое прошлое, другое настоящее. Как результат – безудержное стремление в ЕС, борьба с русским языком и историей, насаждение всего румынского ведут страну к распаду. И первым шагом к нему станет завтрашний, 2 февраля, референдум в Гагаузской автономии.
Итак, жителям автономного образования в составе Молдавии предстоит прийти сразу на два референдума – консультативный и законодательный. В ходе первого им предстоит ответить на вопрос о том, поддерживают ли они евроинтеграцию страны, или же предпочитают войти в Таможенный союз. На втором будет решаться вопрос об изменении статуса Гагаузии в том случае, если Молдавия утратит свою государственность.
По сути дела, в расположенном на юго-востоке Молдавии регионе открыто говорят о выходе из состава Молдавии, и причин может быть две. Первая – безудержное стремление кишинёвских властей в Евросоюз, влекущее за собой разрыв с Россией. Вторая – угроза поглощения Молдавии Румынией. Если бы политика молдавского руководства была иной – едва ли гагаузы поставили вопрос ребром. А так – вслед за Приднестровьем оно может утратить контроль над ещё одним регионом.
Головокружение от «европейских успехов»
Из-за событий на киевском Майдане несколько ушло в тень то, что происходит в соседней с Украиной Молдавии. На той самой встрече «Восточного партнёрства», где Виктор Янукович «отказал» Евросоюзу, молдаване парафировали (утвердили) текст договора об ассоциации с ЕС. И правящий в Кишинёве альянс «За европейскую интеграцию» полон решимости через год окончательно подписать документ.
В отличие от Украины и Грузии, Молдавии Евросоюз действительно пообещал большую поблажку в виде отмены визового режима. Официальные лица ЕС даже назвали молдаван «самым продвинутым» участником «Восточного партнёрства». В ответ молдавский премьер Юрий Лянкэ источал восторги. А чиновники рангом ниже начали наперебой рассказывать, как молдавские производители уже переориентировались с России на Европу, и как здорово «работать по прозрачным европейски правилам».
Правда, возникает впечатление, что находясь в состоянии эйфории, руководство Молдавии как-то забыло просчитать риски. С чем оно собирается выходить на европейский рынок? В России, например, известны молдавские вина и коньяки. А могут ли «Алиготе» или «Фетяска» конкурировать с винами Франции, Италии или хотя бы Венгрии? А что ещё есть у Молдавии? Ответы на данные вопросы окажутся для официального Кишинёва неприятными.
Антироссийский и прорумынский экстаз
К «сближению с Европой» в Кишинёве приступили немедленно. Причём не со всей Европой, а с одной из самых бедных стран ЕС – Румынией. С подачи бывшего и.о. президента, лидера прорумынской и русофобской Либеральной партии Михая Гимпу Конституционный суд Молдавии постановил, что официальным языком страны следует считать не молдавский, а румынский. Интересно, что у большинства судей (равно как и у Гимпу) имеются румынские паспорта.
Затем слово взял племянник Гимпу, примар (мэр) Кишинёва Дорин Киртоакэ, который также публично называл себя румыном. Он заявил, что отмечать День Победы в центре столицы отныне запрещено. Всё дело в том, что 9 мая Евросоюз празднует День Европы, и готовящиеся к ассоциации молдавские чиновники предпочитают гулять именно по такому случаю. Если так дело пойдёт – скоро и «Смуглянку-молдаванку» петь запретят.
Вот какое лицо у потенциального новичка Евросоюза! Оппозиционная Партия коммунистов назвала решение по румынскому языку шагом к «международно-правовому демонтажу Молдовы». Во всех этих действиях без труда угадывается, какой путь в Евросоюз избрала для себя часть молдавской элиты. Достаточно просто ликвидировать собственную страну, присоединить её к Румынии, попутно выкорчевав все упоминания о «советских оккупационных праздниках».
Приднестровье без войны не сохранить
Справедливости ради отметим, что не все евроинтеграторы готовы пожертвовать молдавским государством. Но и румынизаторы, и просто сторонники ЕС не представляют свою страну (будь то Молдавию или Румынию) без Приднестровья. Однако на левом берегу Днестра, уже много лет не подчиняющемуся Кишинёву, резкое сближение с Евросоюз восприняли как руководство к диаметрально противоположным действиям.
Президента Приднестровья Евгения Шевчука иногда называют прозападным. Но его реакция на действия кишинёвских властей опровергает подобное утверждение. В середине декабря он предложил внести в Конституцию республики изменение, согласно которому основной законодательства Приднестровья следует признать законы России. А в пояснительной записке к законопроекту говорится, что республика собирается придерживаться «регламентов Таможенного союза».
Здесь всё ясно. Ещё в 1992 году приднестровцы с оружием в руках отстояли своё право не присоединяться к Румынии. Большинство населения в нём составляют русские и украинцы, на улицах Тирасполя (в отличие от Кишинёва) явно преобладает русская речь. Если углубиться в историю – то левобережье Днестра пребывало и в составе Российской империи, и в составе СССР дольше, чем Бессарабия. И связи с Россией здесь намного теснее, чем с ЕС – и экономические, и политические, и ментальные.
Вариант, при котором Молдавия идёт в Евросоюз (а тем более в состав Румынии) вместе с Приднестровьем, без войны едва ли возможен. Так что возникает следующий вопрос: неужели на Днестре снова начнут стрелять? Неужели Гимпу, Киртоакэ и прочая гоп-компания готова взять пример с бывшего президента Грузии Михаила Саакашвили и «разморозить» конфликт? Не хотелось бы давать на данные вопросы положительные ответы…
Прощайте, гагаузы и болгары
Кроме Приднестровья, в Молдавии существуют и другие территории, где преобладает нетитульная нация. Крупнейшая из них – та самая Гагаузская автономия, которая вынесла своё будущее на референдум. Большую часть её населения составляют газаузы. Их язык близок турецкому, но по вероисповеданию они – православные. Сегодня большинство гагаузов говорят и учатся по-русски. В начале 1990-х гг. дело в Гагаузии также едва не дошло до вооружённого конфликта, но в итоге местная власть и Кишинёв договорились о создании автономии.
Однако теперь дело запахло «керосином». Устремление молдавских властей в Евросоюз, а тем более попытки румынизации не встретили в Гагаузии понимания. Местный парламент принял решение о проведении 2 февраля 2014 года референдума о вхождении в Таможенный союз и вероятности выхода из состава Молдавии, если та продолжит свой курс на ЕС и румынизацию. Судя по настроениям гагаузских политиков и местного населения, оно выбирает сближение с Россией и независимость от такой Молдавии.
Официальный герб Гагаузии. Не правда ли, наводит на воспоминания?
Настроения, подобные гагаузским, царят и в Тараклийском районе на юге страны, где проживают, в основном, болгары. Они тоже предпочитают Таможенный союз Европейскому. В Тараклию за последний месяц не раз приезжали представители властей Болгарии и пытались переубедить молдавских соплеменников, но безуспешно. Так что Молдавия грозит потерять ещё один регион.
И в Кишинёве не всё однозначно
Да и в самой Бессарабии картина выглядит не столь однозначно. Румынами себя считает только 2% населения, а румынский язык родным – примерно 17%. Большинство же причисляет себя к молдаванам, а язык свой называет молдавским. И это не говоря уже о русскоязычном населении. По официальным данным, русский язык в Бессарабии считает родным примерно столько же, сколько и румынский. По неофициальным, данная цифра переваливает за 30%.
Особенностью Бессарабии является наличие в ней большого количества людей смешанного молдавско-славянского происхождения. Это объясняется тем, что представители восточно-славянских и восточно-романских народов, будучи православными, часто женились друг на друге. И сегодня в Бессарабии среди молдавских сёл попадаются украинские и русские старообрядческие. А в некоторых деревнях люди не знают точно, кто они – молдаване или славяне.
Как следствие – русский язык распространён в Молдавии практически повсеместно. В Кишинёве даже молодёжь разговаривает на нём без акцента. (В городе преобладает государственный язык, но русский всё равно слышен на каждом углу). Желающих учиться по-русски школьников и студентов меньше не становится – вопреки усилиям властей. И значительную часть их составляют этнические молдаване.
Согласно последним опросам населения Молдавии, число желающих вступить в Евросоюз чуть-чуть перевешивает количество сторонников Таможенного (48% на 46%). В это число, конечно, включены и жители Гагаузии и Тараклийского района, но и без них число предпочитающих «восточный вектор» молдаван превысит треть. В том же Кишинёве коммунисты, взявшие на вооружение лозунги сближения с Россией, набирают по 40% голосов.
«Прибалтийская матрица» до добра не доведёт
Вопреки существующим в стране реалиям, власти Молдавии, кажется, взяли за образец политику Латвии, Литвы и Эстонии. Та же попытка изобразить годы, проведённые в составе СССР и Российском империи, «оккупацией». То же перечёркивание итогов Второй мировой войны. То же закрытие русских школ, то же желание поскорее сблизиться с Евросоюзом, в котором видят «святую противоположность» ненавистной России.
Но Молдавия – не Прибалтика. В Молдавии даже государствообразующий народ куда ближе к русским, чем титульные нации Латвии, Литвы и Эстонии. Процент русскоговорящих молдаван несоизмеримо выше, чем у литовцев, латышей и эстонцев. Прибалтов (за некоторыми исключениями) отделяет от русских и религиозный барьер, чего не скажешь о молдаванах.
Любопытно, что даже борец с «оккупационным наследием» Киртоакэ никак не может забыть «великий и могучий». В начале 2013 года молдавский интернет обошла запись, где мэр Кишинёва выматерился по-русски во время совещания. Вокруг были одни молдаване, государственным языком владели все. Но вырвалось по привычке на нервной почве… Чем выставил русофобов в откровенно смешном и жалком виде.
Трудно спорить с тем, что молдаване и румыны – близкие народы, говорящие на очень похожих языках (а может, язык и вовсе один). Но так исторически сложилось, что есть в Молдавии и второй язык общения – русский, чего в Румынии отродясь не было. И как следствие – огромный процент населения ориентирован на Россию. Так что форсированная евроинтеграция готовит Молдавии только один путь – распада страны.