Министр иностранных дел Турции Ахмед Давутоглу попросил немецкого коллегу Гидо Вестервелле гарантировать турецким журналистам доступ на процесс по делу о неонацистах. Учитывая, что среди десяти жертв группировки восемь были выходцами из Турции, Анкара хочет внимательно следить за ходом разбирательства. Однако в суде все кресла достались представителями немецкой прессы, которые первыми успели подать заявки.
— Странно, что в зал суда не пускают New York Times, но то, что там может не оказаться нашей прессы – абсолютно непонятно и неприемлемо, – цитирует журналиста центральной турецкой газеты «Независимость» Селаля Оскана Euronews.com.
— Я поражён и разочарован, — заявил в интервью «Deutsche Welle» сотрудник издающегося в Берлине «Немецко-турецкого журнала» Мустафа Гёркем.
Чтобы процесс не вызывал вопросов, хорошо бы обеспечить полную гласность, указывает он.
— Многие турки утратили доверие к немецким органам безопасности. Они считают, что их обманывают и подвергают дискриминации, — добавляет Гёркем.
Пресс-секретарь суда критику отвергает и ссылается на регламент. Аккредитацию на процесс получили 123 журналиста, лишь 50 из них гарантированы места непосредственно в зале суда. Распределялись они, как утверждает пресс-секретарь, строго по мере поступления заявок.
Дата процесса была объявлена заранее, кто не удосужился вовремя прислать запрос, остался не у дел. В частности, не получили мест и такие «киты», как британская корпорация BBC и американская New York Times.
Суд в Мюнхене начнётся 17 апреля. Главная фигурантка дела – сожительница покончивших с собой двух членов неонацистской ячейки «Национал-социалистическое подполье» (нем. NSU) Беата Цшепе. Её соучастие в преступлениях ещё предстоит доказать.
Как стало известно «NewsBalt», немецкий суд руководствовался соображениями безопасности. Процесс не согласились перенести в более просторное помещение, боясь, что туда могут прийти в т.ч. и неонацисты. Но, учитывая то, что большинство потерпевших турецкого происхождения, немецкая сторона, на наш взгляд, конечно, могла и должна была пойти на встречу.