20 ноября постановлением Государственного суда Эстонии, который отказался рассматривать кассационную жалобу Харкуской тюрьмы, завершилась эпопея о прерванном в тюрьме половом акте. Рассмотрение этого дела в разных судебных инстанциях длилось более трёх лет.
5 августа 2010 года на длительное свидание к Марине (имя изменено), отбывающей наказание за магазинную кражу, приехал её муж Максим (имя изменено). Когда супруги занимались сексом, в помещение, без стука и предупреждения, ворвались сотрудники тюрьмы Харку (волость на севере Эстонии) и произвели там обыск. У них возникли подозрения, что Максим пронёс в тюрьму наркотики.
Их не нашли, а Марина по причине психологической травмы много раз обращалась в августе-октябре (2010 года) к психологу и психиатру. Немного придя в себя, она подала тюремному начальству ходатайство о возмещении ущерба в размере 100 000 крон за сильное нервное потрясение и унижение человеческого достоинства.
Директор тюрьмы Харку, ответив Марине 4 октября 2010 года, её ходатайства не удовлетворил. Тогда женщина 2 ноября обратилась в Таллинский административный суд, назвав обидчиков и потребовав компенсацию в 703 евро.
Административный суд обязал тюрьму выплатить Марине эти деньги, однако тюрьме это не понравилось. Процесс продолжился в Таллинском окружном суде, который 11 июня 2013 года признал, что подобное прерывание длительного свидания было противозаконным и взыскал в пользу женщины 200 евро.
И вот теперь — суд высшей инстанции. После его постановления юрист заявительницы, представитель Центра информации по правам человека Елена Ежова сказала Delfi:
— Это большая жирная точка в долгом разбирательстве. Удивительно, что в таком интимном деле тюрьма проявила необоснованную настойчивость. Представители тюремной администрации по собственной инициативе довели дело до Госсуда, хотя даже на самом раннем этапе победа Марины была прогнозируема. Изначально было понятно, что произошедшее явно выходит за рамки допустимого уровня контроля в тюрьме.
По оценке Ежовой, разрешение этого дела на территории Эстонии — благоприятный исход для государства.
— В противном случае мы бы от имени заявительницы обратились в Европейский суд по правам человека с жалобой на нарушение её частной и интимной жизни. Тогда нарушения со стороны тюрьмы в Эстонии получили бы самую широкую огласку. Я уверена, что затраты, понесённые государством на подготовку своих жалоб по этому делу, намного превышают сумму, выигранную Мариной.
В июне Марина поделилась с Delfi, что решением окружного суда, в принципе, недовольна.
— Потому, что снизили компенсацию за моральный ущерб до 200 евро, потому, что справки от психолога и психиатра посчитали ерундой. И ещё — тюрьма передо мной даже не извинилась, — объясняет женщина.
Она добавила:
— В таких ситуациях, в какую попали мы с мужем, были и другие женщины: там, что хотят, то и делают. Просто никто не жалуется, потому что все боятся, что на УДО (условно-досрочное освобождение) не пройдут. Всё зависит от администрации, она всё держит в своей власти, она и характеристику пишет, если что, УДО и отпуска зарубает сразу.
И всё равно женщина была убеждена, что своё достоинство надо отстаивать и за решёткой.
— Правда, я подала жалобу так смело, потому что в тюрьме мне оставалось провести три месяца. Но стоять за свои права надо по-любому, — говорит она.