Канцлер Германии Ангела Меркель после отпуска дала интервью «Саксонской газете», в котором прокомментировала кризис на Украине. Информационно-аналитический портал «НьюсБалт» перевёл на русский язык выдержки этой беседы, опубликованных на официальном портале Христианско-демократического союза Германии.
— Госпожа бундесканцлер, Вы только что вернулись из отпуска. Был ли за последние недели хотя бы один день, когда Вам не приходилось думать о Владимире Путине или Бараке Обаме?
— В моей работе не может быть и дня вообще без политики. Даже в отпуске я, конечно, всегда думаю о проблемах, требующих решения. Однако благодаря дистанции может получаться так, что я некоторые вещи рассматриваю с другой перспективы и прихожу к новым идеям.
— Многие восточные немцы, многие наши читатели, выражают понимание действий Путина в украинском кризисе. Вы тоже признаёте легитимные интересы или исторические притязания русских?
— Мы живём сегодня вот уже более 70 лет в мире. Это связано также и с тем, что мы, европейцы, уважаем территориальную целостность наших стран, что мы не изменяем границы государств в одностороннем порядке. Кто знает изменчивую и кровавую историю нашего континента, знает какова цена уважения границ каждой страны. Более того: в Европейском союзе и в нашем всё более тесном сотрудничестве мы нашли тот формат, который позволяет нам преодолевать границы.
— Российский президент видит это, очевидно, по-другому.
— Аннексировав Крым, Путин действовал вопреки тому, что я только что описала как фундаментальное европейское понимание. Не было ни согласованного с Киевом референдума, подобно тому, который будет проведён в ближайшее время в Шотландии, ни многолетнего нарушения прав и множества резолюций ООН, как это было в Косово. Поэтому ни одна международная организация не одобрила действий России в Крыму. Если подобная аннексия, нарушающая международное право, снова станет политическим средством в Европе, принимаемым без возражений, то в опасности окажется всё то, что позволяло нам жить более чем полстолетия в мире и благополучии. Поэтому мы не принимаем образ действия России.
— А восточные немцы …
— У нас, восточных немцев, была возможность в 1990 году свободно принять решение и мы большинством приняли решение в пользу объединения Германии. И то, что имеет силу для нас, для поляков, для венгров или прибалтов, имеет силу также и для любой другой страны, в том числе и для Украины. Люди, живущие там, должны иметь возможность самим принять решение о том, как они хотят жить. Если бы они большинством голосов приняли решение о более тесной связи с Россией или о вступлении в Европейский союз, то никто в ЕС не возражал бы против этого. Конституция, общая ориентация политики, самостоятельность регионов, таких как Восточная Украина, – всё это Украина должна решать свободно и демократично сама. Об этом, если вкратце, идёт речь, и Россия должна это принимать.
— На Ваш взгляд, есть ли различие во взгляде на конфликт в Восточной и Западной Германии?
— Нет, я чувствую прежде всего общее желание решить конфликт невоенными средствами. И наше правительство изначально исключило, потому что лишь политическое решение может принести стабильность в долгосрочной перспективе. При этом мы должны ясно и последовательно отстаивать наши принципы. Я выступала за то, чтобы конструктивно сотрудничать с Россией и готова к этому и в будущем. По этой причине я прилагаю усилия, чтобы, несмотря на санкции против России, не потерять нить диалога с российским президентом, однако для конструктивного взаимодействия усилий с одной стороны недостаточно.
В свою очередь, «НьюсБалт» отмечает, что многие немецкие политики, журналисты, эксперты утверждают обратное: позитивное или негативное отношение к политике Путина во многом связано с бывшим государственным устройством Германии.
В частности, депутат ландтага федеральной земли Передняя Померания Беате Шлупп в разговоре с «НьюсБалт» отмечала, что «есть Западная Германия, которая всегда была ориентирована на Америку, и Восточная Германия, у которой всегда были хорошие отношение с Советским Союзом и там позитивное отношение к Путину сильно».
Её мнению придерживается советский эмигрант Юрий Лысенко, работающий сегодня переводчиком в Европарламенте: «Пожилое, гэдээровское поколение жило в коммунистическое время и сейчас ностальгирует по нему, а немецкие левые, которые дают оправдательную позицию действиям России, пользуются этой ностальгией».
Немецкая журналистка Маргарита Зайдлер также призналась, что «в течение стольких лет с момента послевоенного разделения Германии сформировалась разная ментальность». «Хочу сказать, что восточные немцы более дружелюбные, общественные, они переживают не только за себя, они менее эгоистичны. Они не равнодушны к тому, что творится в окружающем мире. Раньше они были более отзывчивыми, помогали друг другу. Чего совершенно не могу сказать о Западной Германии», — сказала Зайдлер.