В Калининграде вчера, 6 октября, прошла встреча с участником боевых действий на Донбассе, калининградским казаком Игорем с позывным «Че Гевара». Корреспондент «НьюсБалт» передаёт с этой встречи. Мы специально не пишем его фамилию, так как этой информацией могут заинтересоваться украинские спецслужбы.
«Че Гевара» подробно рассказал собравшимся о многих вещах, которые происходили и происходят на территории непризнанных республик, и о которых ничего не говорят СМИ.
Об общей ситуации
Ситуация плохая, у нас воруют победу. Нас четыре месяца долбили, там убивали мирное население, нас окружали, нас давили танками, расстреливали… Когда мы разгромили, сломили и погнали, в этот момент появляются люди, которые говорят: «Всё – перемирие». Значит, когда нас убивают – мириться не будем, как только мы хотим вернуть свою территорию Луганской и Донецкой областей – давайте мириться, не будем стрелять друг в друга. Они же ничего не отводят, они окапываются и стреляют изо дня в день. Поэтому ситуация очень плохая.
Что будет дальше?
Они раздавят Донецк, а потом и Россию. Кто? Пиндосы! У нас там идёт война с пиндосами, мы не ведём войну с украинским народом. В моём подразделении больше половины – украинцы, у кого в паспорте написано: «украинец». И они воюют с бандеровцами и американцами. Всем ясно, что американцы проплатили майдан и зашли туда, чтобы уничтожить Россию. Более благодарных пособников, какими являются бандеровцы, они не найдут. Россия им как кость в горле. Если кто-то думает, что они сюда не придут, тот ошибается.
О пытках, проводимых украинскими извергами над пленными и мирным населением
Моему бойцу, попавшему в плен, перерезали сухожилие, полностью вскрыли, до кости. Второго моего бойца из Калининграда взяли в плен. Подходят к нему, начинают протыкать шилом. И это проходит всю неделю. Они его пытали, били. Там зверства такие были! Там было и насилие над малолетними детьми, и сжигали людей. Пленным закачивали строительную пену в задницу. Сами понимаете, что человек после этого не жилец. Будет умирать долго и мучительно. Но это самая мелочь. Если мы их пленных берём, мы с их призывниками, вообще, ничего не делаем. А если они пленных берут, то обязательно калечат. Когда мы берём населённый пункт, мы не проводим зачисток. Мы не смотрим, кто дал молока бандеровцу, кто с жовто-блакитным ходил. Они же всё это делают. Если кто-то разговаривал с ополченцем – враг, у кого родственник в ополчении – тоже враг, сосед в ополчении – враг. Они берут этих людей, свозят и убивают. Те, кто это делают, должны жить? Я считаю, что нет.
О борьбе с украинскими националистами
Мне повезло, наше подразделение убило только семнадцать человек, которые были из мобилизованных, а так, убивали только националистов. Батальон «Азов» считает нас личными врагами, батальон «Айдар» сказал, что будет мстить нам, но получил ещё раз по зубам. «Донбасс» — то же самое, их командир Сидор Лютый был ранен в бою. Сейчас «Киевская Русь» была, и они получили. «Киевская Русь» отошла, пришёл батальон «Волынь», их долбим. Мобилизованных можно шугнуть, они убегают. Националисты многие «обдолбаны» или пьяные. Если говорить про мобилизованных, я знаю много примеров, когда они дрались с националистами.
О Минских переговорах
Переговоры велись не между республиками и Украиной, а между Россией и Украиной. А Плотниницкого и Захарченко подвели, и сказали: «Распишитесь!». Мы как воевали, так и дальше воюем.
Об обеспечении
Нам когда-то «Лаганда» что-то выделяла. Нам сейчас целенаправленно не выделяются продукты питания. Что касается поставок от частных лиц, это сразу перекрывается. Не знаю, зачем это делается. У нас сейчас ничего нет. Единственное, чего у нас достаточно, так это боеприпасов. Пока были «укропы», они нас снабжали. Мы их долбили, они всё бросали. Начиная от вооружения, кончая ажурными трусиками из гей-шопа. Честное слово. Такие вещи посмотрел!
Об отношении к украинскому флагу
Жовто-блакитные флаги у нас в почёте. Каждому в хату, на входе кладём, ноги вытираем.
О количестве калининградцев в ополчении и об отношениях в отряде Че Гевары
Порядка двадцати человек, почти взвод. Несколько человек откололось. В моём отряде воюют и калининградцы, и не калининградцы. В нашем отряде – братство. Все друг другу – братья. Чтоб кто-то набил кому-то физиономию, такого нет. У нас наказание – выгнать из окопа в тыл.
О наведении дисциплины в отряде
У нас часто бывают разногласия между местными и россиянами. Когда мы захватили Лутугино, наступление прекратилось, трофеи считаем. Часть россиян пошла во все тяжкие, пьянствовать, часть оружия украли, потом продали. Некоторые в пьяном виде появились в магазине, сказали, что обслуживали их бесплатно. Мне пришлось их жёстко наказывать, вводить драконовские методы. Часть людей покинула нас, часть уехала в Россию в наручниках, так как они продали в России два ПЗРК. Мы сами их вычислили.
О настроениях простых жителей Донецкой и Луганской областей
Если ещё пройдём 200-300 километров, пробандеровски настроенных не будет вообще. Население однозначно нас считает своими. Найдутся сердобольные бабушки, которые и украинскому солдату молока дадут.
О наёмниках в составе украинской армии
Мы с ними сталкивались, но живыми они не оставались. Стреляли их, и всё.
О воюющих в Новороссии прошедших ранее чеченские компании
Те, кто были в Чечне, многие не выдерживают, уходят после первого боя. В Чечне такого количества снарядов не падало, такого количества мин не падало.
Михаил Кришталь специально для информационно-аналитического портала «НьюсБалт».